Валахия и Молдавия в XVI веке: под турецким гнетом

Валахия и Молдавия в XVI веке: под турецким гнетом

Захватив Константинополь, турки стали завоевывать новые территории в Азии, в Северной Африке, в бассейне Верхнего Дуная и в Центральной Европе. Наибольшего размаха эти завоевания достигли при Сулеймане Великолепном (1520—1566), первом султане, проникшем в Центральную Европу.

Овладев в 1521 г. Белградом, который отстаивали венгры, Сулейман с многочисленным войском переправился через Дунай и обрушился на Венгрию. В 1526 г. в битве при Могаче венгерские войска были разгромлены. Вслед за этим пала и столица Венгрии — Буда. Венгрия распалась на три части: центральная часть стала турецким пашалыком с резиденцией турецкого губернатора (паши) в Буде, северной ее частью овладела Австрия, а Трансильвания была провозглашена «независимым» княжеством под турецким протекторатом.

Борьба за престол в XVI веке. После завоевания почти всей Венгрии турками зависимость Валахии и Молдавии от Турции усилилась. Этому содействовала внутренняя междоусобица. Бояре, разбившиеся на враждебные лагери, поддерживавшие различных претендентов на трон, дали возможность Турции использовать раздоры и усилить вмешательство во внутренние дела княжеств. В результате престолы Валахии и Молдавии стали «продаваться с молотка», и покупали их те из претендентов, которые предлагали султану наибольший дар (пешкеш), а членам султанской свиты — наиболее крупную взятку (бакшиш). Наряду с этим каждый претендент старался заверить султана, что он увеличит ежегодную дань (харадж). Арон Тиран (1591—1595) добился престола Молдавии, обязавшись уплатить султану миллион золотых червонцев. Во время борьбы за престол Валахии между Михней Отуречившимся и Петром Черчелом Михня обещал султану 600 тысяч червонцев. В легенде упоминается, что для того, чтобы окончательно избавиться от соперника, Михня Отуречившийся обещал визирю столько золота, сколько в состоянии будут потянуть 600 лошадей. Все эти богатства приобретались за счет жестокой эксплуатации масс крестьянства, как свободного,

[113]

так и крепостного. Его труд был источником несметных состояний господарей и бояр.

XVI век проходит под знаком жестокой борьбы претендентов, пользовавшихся поддержкой бояр, вое больше обиравших крестьянские массы в погоне за властью и выплачивавших огромные суммы туркам, чтобы любой ценой овладеть троном. Редкий господарь княжил в румынских княжествах больше года, обычно его быстро сменяли другие. В течение 64 лет — с 1529 г., когда умер Раду Афумац, последний из господарей, которого не свергли насильственным путем, до 1593 г., когда на трон вступил Михаил Храбрый, — в Валахии сменилось двадцать два господаря. А в Молдавии почти за такой же отрезок времени — с 1538 г., когда закончился первый период правления Петра Рареша, до 1600 г., когда Михаил Храбрый на короткое время стал одновременно п господарем Молдавии (после завоевания им Трансильвании в 1599 г.), — сменилось двадцать три господаря.

Господари того времени часто раболепствовали перед султаном. Султан вручал новому господарю отделанный золотом указ (фирман) о назначении, после того как господарь трехкратно кланялся султану до самой земли. На господаря надевали высокую шапку, убранную страусовыми перьями, и дорогой кафтан, и он преклонял колена перед турецким знаменем, которое вручалось ему в Стамбуле под звуки оркестра. При возведении господарей на трон в столице княжества специальным представителем султана на заседании боярской думы произносилась торжественная формула: «Да осуществится воля султана».

Турецкое иго. Усиление эксплуатации в XVI веке. После каждой смены господаря народ испытывал новые тяготы. По обыкновению казначейство княжества оказывалось опустошенным предыдущим господарем, постаравшимся обеспечить себя на черный день. Казну приходилось пополнять, чтобы уплатить по многочисленным денежным обязательствам, взятым на себя господарем перед Высокой Портой; в противном случае его участь была предрешена. Таким образом, приход к власти нового господаря сопровождался требованием новых, еще больших податей, необходимых для покрытия затрат, совершенных при раздаче взяток и дара султану, а также для обеспечения дани, которую новый господарь обещал Турции. Вое эти подати выкачивались из крестьян — бояре и монастыри не платили налогов.

Если вначале ежегодная дань (харадж) для Валахии была установлена в 3 тысячи золотых, а при Владе Цепеше достигла 10 тысяч, то с течением времени она еще более возросла, и в XVI веке Турция получала с Валахии уже 60 тысяч золотых в год.

В Молдавии Петр Арон платил дань в 2 тысячи венгерских золотых, Стефан Великий платил 5 тысяч Петр Рареш при первом

[114]

приходе к власти платил 10 тысяч, а во второй раз— 12 тысяч. Иоанн (Ион) Воевода, являвшийся исключением, среди господарей XVI века, отказался уплатить Турции дань, которая возросла с 20 тысяч до 120 тысяч золотых. Он предпочел облегчить участь народа и выступить против Турции. Вначале эта борьба имела успех, но затем в битве при Рошкани Иоанн Воевода был разбит наголову и погиб.

Во второй половине XVI века турки ввели обычай заново утверждать господарей по истечении трех лет со дня прихода их к власти и еще раз взыскивать сумму (мукарер), равную той, которую они получали при возведении их на трон. Впоследствии, кроме этого «большого мукарера», стали взыскивать и другую, ежегодную дань, несколько сокращенную по сравнению с первой, называвшуюся «малый мукарер».

Помимо взноса за знамя (вид дани), помимо упомянутых двух других видов (харадж, мукарер), господарям вменялось в обязанность оказывать дополнительную помощь султану наличными деньгами.

К денежным обязательствам добавлялись почетные подарки султану лошадьми и охотничьими соколами.

К концу XVI века требования Турции возросли еще больше. Румынские княжества снабжали ее огромным количеством зерна, в особенности ячменем для лошадей, рогатым скотом для нужд армии и столицы, строительным лесом для мостов и кораблей, медом, маслом, сыром, воском для свечей, которыми освещались дворцы, мечети и дома турецких сановников. Все эти поставки оплачивались по заниженной монопольной цене, что приводило к обнищанию румынских княжеств. Так, в 1566 п. Александру Лапушняну было приказано поставлять «ежемесячно по 1 тысячи быков и 1 тысячи овец». Ему было также приказано «погрузить 80 тысяч мер ячменя», и, как бы в насмешку, было обещано «некоторое вознаграждение». В 1591 г. турецкие торговцы скотом закупили в Молдавии 41 356 овец и 630 быков и уплатили за них заведомо низкие цены. Румынские княжества превратились, таким образом, в кладовую Турецкой империи.

Налоги. Все требования турок выполнялись, в первую очередь, за счет государственных натуральных налогов, взыскивавшихся с крестьян. По обыкновению в пользу государства взималась десятая доля всех сельскохозяйственных продуктов и скота.

В Валахии известны налоги с урожая пшеницы и овса, называемые галетарит и кыбларит (в Молдавии — илиш). Взималась одна десятая часть со сбора меда и воска (албинарит) и в Молдавии— десятина с вина. С поголовья! овец в Молдавии бралась горштина; из двадцати ягнят нужно было отдавать одного

[115]

ягненка. Взималась подать и с молочных продуктов, называвшаяся каширит.

Янку Сасу (1579—1582) придумал десятину с волов, а Арон Тиран начал взыскивать по волу с каждого хозяйства, а за тех, у кого волов не было, платили другие. Помимо этого, существовал налог со свиней. Ничто не ускользало от государственного обложения — ни рыба, ни капуста, ни конопля, ни различные плоды. Нередко господари набирали войска и собирали провиант с целью оказания помощи турецкой армии, которая постоянно вела войны для сохранения или расширения завоеваний Оттоманской империи.

Все это ложилось тяжелым бременем на население, которое к тому же обязано было выполнять множество работ и особых повинностей (например, перевозка различных грузов для господаря). В славянских документах эти перевозки названы повозами (перевозки во вьюках на лошадях) или же подводами (на быках). Население снабжало специальных верховых курьеров господаря почтовыми лошадьми для быстрой доставки известий на большие расстояния. Своих же лошадей), изнуренных быстрой ездой и плохими дорогами, курьеры оставляли населению взамен взятых. Государственным чиновникам, находившимся в пути, предоставлялись квартиры, их снабжали пищей, кормили их лошадей. Помимо этих повинностей, население должно было выполнять для господаря различные работы, служившие личным интересам господаря и лишь частично направленные на строительство сооружений общего пользования.

Лично для господаря выполнялись следующие повинности: население было обязано снабжать княжеский двор дровами, пасти господарских лошадей, косить сено, три дня в году ловить белугу, доставлять коров на мясо. Повинностью общественного характера была «доставка связанного человека», т. е. конвоирование людей, обвиненных в убийстве или в каком-либо другом преступлении, а также охрана торговых путей, которая, видимо, выполнялась за плату.

Господарь получал значительные доходы от всяких штрафов, как, например, душегубины (денежный откуп от смертной казни), применявш1ихся весьма широко; важный источник доходов для государственного казначейства представляли таможни и монополия на разработку соляных копей. Несмотря на все эти многочисленные возможности получения доходов, в течение XVI века наблюдалось как повышение налогов, так и введение новых повинностей. Так, например, хронисты передают, что Петр Молодой (1559—1568) «повысил налог на пять аспри». Петр Черчел «установил очень высокий налог», а Михня Отуречившийся после второю прихода к власти (1585—1591) к существующим налогам добавил новый налог, прозванный «напастью». В одном истори-

[116]

ческом документе от 1531 г. упоминается о новом, «соколином» налоге (натуральный налог, замененный денежным, выплачивавшимся султану вместо соколов, которых господарь должен был поставлять султану). В 1574 г. был введен налог, называемый «яловая овца», который взыскивался с бесплодных овец вместо налога на молочные продукты.

Бояре и крестьяне в XVI веке. К ненасытности турок и господарей прибавлялась жадность бояр, также стремившихся нажиться при помощи господарей. Неудовлетворение требований бояр грозило тем, что недовольные создавали свои партии и при помощи различных интриг в Константинополе стремились свергнуть господаря и водворить того, кто их удовлетворит, т. е. пристроит на высокие государственные должности и наградит имениями. Но источник, из которого они постоянно черпали раньше (государственные имения), уже иссяк. Поэтому господари XVI века изыскивали новые средства для удовлетворения бояр. Они видели эти средства в еще более ожесточенной эксплуатации крепостных и мелких свободных землевладельцев. Крестьянство нищало от многочисленных налогов. Собственность крестьян все в большей степени поглощалась крупным боярским землевладением.

Хозяйства свободных крестьян стали приходить в упадок, и все большее число крестьян становилось крепостными (называвшимися в Валахии «румынами», а в Молдавии — «соседями», «вечинами»). Многие свободные крестьяне, не выдержав тяжелого бремени налогов, стали продавать за бесценок или «дарить» свои земли («отчины») боярам, которые при создавшихся обстоятельствах охотно брали на себя уплату долгов свободных крестьян. Многочисленные случаи продажи или бесплатной передачи крестьянами земельной собственности боярам в XVI веке — яркое доказательство отчаяния, охватившего задавленных налогами крестьян, вынужденных в поисках облегчения тяжелого бремени становиться крепостными и обрекать той же участи своих жен и детей.

Повинности крепостных крестьян перед хозяевами не поддавались учету. Они не были установлены писаными законами и поэтому могли расти бесконечно. Хозяева принуждали крестьян побоями выполнять все, что им заблагорассудится. Положение крепостных было исключительно тяжелым. Лишь изредка некоторым из них удавалось откупиться за большие суммы и вернуть свободу.

Закабаление страны Турцией и все возрастающее закрепощение крестьян господарями и боярами, а также жесточайшая эксплуатация крепостных — вот какую мрачную картину представляют Валахия и Молдавия XVI века.

[117]

Города. Торговля. Захватив дунайские и черноморские гавани и превратив их в военные порты, турки закрыли торговые пути, проходившие через румынские княжества. На старинном важном торговом пути из Польши через Молдавию к Черному морю, а также на другом, менее значительном пути — из Трансильвании через Валахию к портам Брайле и Видину — торговля резко сократилась. Иностранным кораблям — венецианским и генуэзским— турки запретили плавать в черноморских водах и доставлять или вывозить товары. Военное подчинение сопровождалось экономическим: турки сделали Константинополь монопольным центром чуть ли не всей торговли румынских княжеств. Почти все, что производилось в румынских княжествах, направлялось в Константинополь и заполняло кладовые Оттоманской империи. Это наносило княжествам большой урон.

Изменившееся положение привело также к тому, что в княжествах уменьшилось число итальянских, польских и других купцов и вместо них появились купцы из Турции, большей частью греки, развивавшие торговую деятельность в качестве агентов Турции. Они разъезжали по всей стране, скупая различные товары для Константинополя. Выступая от имени всесильной Турецкой империи, они могли закупать товары по ценам, далеко уступающим их действительной стоимости. В результате торговля княжеств пришла в упадок и стала все больше зависеть от Турции.

Новое направление в торговых взаимоотношениях румынских княжеств в сторону усиления связи с Константинополем и Балканами сильно повлияло на развитие городов и городских поселков. Старые города, расположенные вдоль прежних главных торговых путей, которые были закрыты турками, начали приходить в упадок. Взамен стали развиваться города, лежащие на пути к Дунаю. Так, выросли новые города — Фокшаны, Галац, Плоешти, Каракал, Крайова, — в то время как старые города — Бая, Серет, Тротуш, Джилорт, Тыргшор — пришли в упадок. Столицы обоих княжеств также были перенесены ближе к новым торговым путям: столица Молдавии была перенесена из Сучавы в Яссы, а столица Валахии — из Тырговиште в Бухарест. Упадок городов сопровождался разорением их населения, потерей им своих привилегий и закрепощением, что привело к обострению противоречий и усилению волнений. Но и в новых городах, возникших на пути, ведущем к Константинополю, развитие торговли и мануфактур было чрезвычайно затруднено вследствие препятствий со стороны Турции, которая диктовала княжествам характер и форму коммерческих взаимоотношений. Хотя между горожанами и боярами существовали разногласия и противоречия, как горожане, так и часть бояр были заинтересованы в свержении турецкого ига.

[118]

Цитируется по изд.: История Румынии. Под ред. М. Роллера. М., 1950, с. 113-118.