Петропавловская крепость в 70-х годах XVIII века

Петропавловская крепость в 70-х годах XVIII века

Наряду со своими политическими врагами царское правительство направляло в Петропавловскую крепость и общеуголовных преступников из числа тех, которые казались ему более опасными.

Из года в год число заключенных здесь возрастало и являлась надобность в создании внутри крепости мест для заточения новых групп обвиняемых и осужденных. Случилось так, что Петропавловская крепость с ее высокими и толстыми стенами к специальными укреплениями, выстроенная для защиты против нападения внешних врагов, ни разу за все время своего существования такому нападению не подверглась. Вместо обороны от внешнего врага она повела борьбу с «внутренним врагом», не прекращавшуюся до 1917 года, т. е. до того самого момента, когда она оказалась бессильной перед напором революции.

[173]

Имеющийся в нашем распоряжении материал показывает, что к началу последней четверти XVIII века царское правительство располагало уже достаточно обширной площадью для размещения в стенах крепости в одиночках и в общем заключении арестантов всякого звания и чина.

Но нельзя сказать, чтобы площадь, отведенная для узников Петропавловской крепости, отвечала в какой-нибудь степени тем требованиям санитарии, гигиены и гуманности, которые были так громко провозглашены в уже известных нам проектах и законах представительницы верховной власти в России. До нас дошло жуткое описание Винского, узника Петропавловской крепости, перебывавшего в разных помещениях этой крепости. Он служил в одном из петербургских полков и был арестован 12 октября 1779 г. по подозрению в прикосновенности к подложному получению из банка довольно крупной денежной суммы. Это дело было искусственно раздуто, и придано ему политическое значение. Еще за два месяца до своего ареста Винский уже слышал, что в Петропавловской крепости в равелине св. Иоанна «с великой поспешностью строят много чуланов».

Так как мемуары Винского являются одними из первых по тому времени, которое они охватывают, и так как автор описывает то, что испытал сам, то мы остановимся на его описании подробнее.

После доставки Винского в Петропавловскую крепость его повели вдоль стены крепости с редкими в них «дверцами и малыми оконцами». Его ввели через небольшую дверцу в помещение, и он увидел перед собой «огромный со сводами во всю ширину погреб или сарай, освещаемый одним маленьким окошечком» 1. Здесь с него сняли верхнее платье и стащили с ног обувь, а из его косы выплели ленту и тесемку. Все это делалось так грубо, что Винский ожидал начала порки и стрижки волос. Однако этого не произошло. Все деньги и вещи были отобраны. Камзол, верхнее платье и нижнее белье были тут же возвращены, но со срезанными пуговицами. Автор продолжает свои воспоминания: «Без обуви и штанов повели меня в самую глубь каземата, где, отворивши маленькую дверь, сунули меня в нее, бросили ко мне шинель и обувь, потом дверь захлопнули и потом цепочку наложили... Видя себя совершенно в темноте, я сделал шага два вперед, но лбом коснулся свода. Из осторожности простерши руки вправо, ощупал прямую мокрую стену; поворотясь влево, наткнулся на мокрую скамью, и на сей севши, старался собрать рассыпавшийся мой рассудок».

_____

1. «Записки Винского», «Русский архив», 1877, кн. 1, тетр. 1 и 2.

[174]

Солдатам-стражникам было запрещено разговаривать с заключенными. Темнота в камере была полная. Когда солдат вошел со свечой, то это освещение «начертало весьма явственно всю гнусность и ужас этой темницы: в мокром смрадном углу загорожен хлев досками на пространстве двух с половиной шагов, в котором добрый человек пожалел бы и свиней запирать».

Сделав такое описание своей тюрьмы, автор спрашивает: «Кто же были сии люди, задумавшие и устроившие подобные убийственные узилища для своих братий, людей же, хотя бы и преступных? Ближайший вельможа, вернейший исполнитель повелении премилосердые Екатерины, провозгласивший торжественно во весь свет: «лучше оправдать десять виновных, нежели наказать одного невинного». А тут и сотни невинных, которым не объявлено даже, за что они воровски похищены из своих жилищ и, прежде всяких вопросов и суждений, преданы уже наитягчаишему тюремному наказанию».

Несомненно, горькие и полные иронии слова, которые автор говорит о ближайшем вельможе и исполнителе воли Екатерины, имеют некоторое отношение и к ней самой.

Винский три дня выдерживал в своей темнице голодовку, отказываясь от того пятака, который ассигновывался ему на ежедневное пропитание. Пища состояла из сбитня и копеечной булки утром и из кашицы с говядиной в полдень.

Проходили дни и недели. Наступил уже ноябрь. От начавшейся топки в клетке чулана была такая жара, что заключенный сидел здесь в одной рубашке. Месячное пребывание в таких условиях отразилось на здоровье Винского самым плачевным образом, и в первый же день, когда его вывели из темницы на допрос, он тут же, за порогом, упал без чувств.

Допрос Винского производился в том самом помещении, где его подвергли обыску. Автор рисует и картину допроса, находящуюся в полном противоречии с принципом «Наказа»: «лучше оправдать десять виновных, чем осудить одного невинного».

При допросе применялись всевозможные приемы: запугивание, требование сознаться, обещание «монаршего милосердия», уверения, что следственная комиссия сама все знает, что все соучастники сознались, и пр. Председатель комиссии, известный в Петербурге Терский, имел прозвище «багор» в отличие от его братии — «мелких крючков». Эти прозвища служат некоторым показателем характера допроса обвиняемых.

После допроса Винский был помещен в другой каземат, на этот раз сухой и светлый, с большим окном. Здесь он начал получать передачи, имел свидание с другими заключенными и с

[175]

женой. Из его денег ему выдавали на содержание по 25 копеек в день. Ему пришлось пробыть некоторое время в камере, в которой три года перед тем была, по предположению Винского, заточена княжна Тараканова. На одном из стекол окна этой камеры Винский прочел нацарапанные итальянские слова: «О, боже мой». Правильность таких предположений Винского была подтверждена тюремщиком.

Итак, за сравнительно короткое время своего пребывания в Петропавловской крепости Винский перебывал по крайней мере в трех местах заключения этой крепости. Очевидно, и режим менялся в зависимости от того или иного места заточения в этой крепости. Сколько в то время было там таких мест заключения, неизвестно. В архиве Петропавловской крепости нами найдено дело, в котором имеется довольно подробное описание одного из мест заключения, названного в бумагах «Коммисским казенным домом». Так как в печати не появлялось этого описания, то я воспроизведу его целиком, тем более, что оно относится к концу XVIII века и потому есть основание предполагать, что эта тюрьма существовала и в первой четверти XIX века.

Описание, о котором я говорю, относится к 1794 году. Оно не говорит ни о санитарных условиях заключения, ни о подробностях режима. Будучи сделано представителем тюремной администрации, оно лишено той красочности, которую мы нашли 

в описании Винского. Это описание «Коммисского казенного дома» сделано очень сухим языком и носит характер формального протокола. Тем не менее оно очень интересно и важно для историка Петропавловской крепости. К сожалению, из документа не видно точного местонахождения этой тюрьмы в пределах Петропавловской крепости, а наименование ее «Коммисским казенным домом» не встречалось в других архивных документах и в печатных работах о названной крепости. Но нет никакого сомнения, что это было здание, специально предназначенное для содержания в нем заключенных и включавшее в себя несколько камер.

Вот это описание:

«Опись покоям, состоящим под ведением господина коллежского советника и кавалера Александра Семеновича Макарова в «Коммисском казенном доме», а именно:

1) Со двора вход в нижние сенцы. Двери с палатенцем, где нутряной замок с ключом.

2) Взошедши на лестницу в правую сторону покой для нужного места, в коем одно большое окно с железной решеткой.

[176]

3) Налево вход в коридор. Двери с палатенцем с нутряным железным замком и с ключом. В дверях просвет с железной решеткой.

4) Во всем коридоре пять покоев, у каждого двери с палатенцем с нутренными железными замками и с ключами. В каждом изращатая печь со всеми принадлежностями, как-то печные и трубенные дверцы, железные вьюшки с крышками чугунные; во всех окнах железные решетки и по две растворки с кольцами.

5) При выходе из коридора в солдатскую комнату дверь с палатенцем и нутренным железным замком и с ключом.

6) В солдатском покое одна русская печь с железной заслонкою и трубы, вьюшка и крышка чугунная. В окне железная решетка.

7) Из сего солдатского покоя еще два покоя, в коих одна пропускная изращатая печь с печными и трубными железными дверцами, вьюшки и крышка чугунные, двери створчатые, филенчатые с железными задвижками двери, у каждой двери по одному железному замку и с ключами; в четырех окнах фигурные железные решетки, у окончив железные задвижки и растворки с кольцами.

8) Из солдатской комнаты выход ко второй каменной лестнице, трое дверей — одни с палатенцем и с железным замком и с ключом, а двое — створчатые филенчатые с железными по обе стороны задвижками и с железными замками и с ключами.

9) В малых сенцах перед лестницею одно окно с железною решеткою.

10) Из оных сеней вход в небольшой покой, у коего дверь створчатая с железными задвижками и с крючками, с нутренным железным замком и с ключом; у двух окон железные решетки.

11) Подле оного другой еще покой, в коем изращатая печь с железными и трубными дверцами. У трубы вьюшка й крышка чугунные. У двух окон железные фигурные решетки, у окончин крючки, двери в оном покое филенчатые створчатые с железными по обе стороны задвижками с нутренным железным замком и с ключом.

12) По всему коридору просветы с окончинами и с железными решетками.

13) Во всех вышеописанных покоях у окон зимние переплеты 1.

Из приведенного описания можно сделать некоторые выводы о конструкции здания тюрьмы. Здание имело девять камер или «покоев», предназначавшихся для арестантов, и комнату для военной стражи, названную в описании «солдатской». Очевидно, арестантские камеры были неодинакового размера, так как об одной из них сказано, что она является «небольшим покоем». Однако в этом покое два окна. Видно, что по два окна имеется и в двух других камерах. Число окон в каждой из остальных шести камер нельзя установить на основании приведенного нами описания. В солдатском помещении всего одно окно, тоже за решеткой, как и все остальные окна в камерах, в сенях, в коридоре и в уборной. Может быть, окна в камерах и в «нужном месте», находившемся вне коридора, в сенях, не

______

1. ЦГАДА , V II, № 2825, 1794 г. Ведомости об арестантах Петербургской крепости, лист. 19.

[177]

были одинакового размера, так как об окне в «нужном месте» определенно указано, что оно большое. Судя по тому, что в каждой камере (по крайней мере, в тех пяти, которые выходят в коридор) была своя особая печь, надо думать, что эти камеры не были маленькими и в них могло содержаться в случае надобности несколько заключенных. Все двери в этой тюрьме были снабжены не только внутренними замками, но еще «задвижками, крючками и железными замками», очевидно, висячими.

Характерно, что караульное помещение с солдатами находи[1]лось внутри самой тюрьмы и по одну его- сторону было пять арестантских камер, а по другую четыре. С этим фактом нахождения внутри тюрьмы помещения для постоянного пребывания стражи мы встретимся и позднее, в описаниях различных мест заключения конца XVIII и начала XIX века. Так было в Шлиссельбургской крепости, в монастырской Соловецкой тюрьме, в губернских и городских тюремных замках.

О составе заключенных в Петропавловской крепости этого периода имеются различные разрозненные сведения. Более полные списки заключенных мне попались за 1794 год 1. Эти списки относятся к различным месяцам, и в них повторяются часто одни и те же фамилии. В списках значится десяток имен. Только в некоторых случаях даны указания о причинах содержания в крепости. Из ведомости видно, что состав заключенных был пестрый. Там одновременно содержались представители нескольких народностей России. Кроме них, там содержались иностранец Беклео, у которого найдены масонские бумаги и книги, 

Француз Дю-Розуа с двумя его людьми прислан сюда всемогущим фаворитом Екатерины II Платоном Зубовым (в бумагах так и значится «прислан графом Платоном Зубовым»), два француза без указания причин ареста, два студента — Колокольников и Невзоров, арестованные по делу Новикова, и француз Боно, арестованный за переписку с революционным правительством французской республики.

Фамилию Невзорова я встретил еще раз среди узников крепости 1796 года. В докладе царю сообщалось, что в крепости в «смирительном доме» содержится Невзоров, сошедший с ума. Он уже потерял способность воспринимать обращенные к нему слова ревизора, не реагировал «на слова милости и ласки», а накануне ночью «бился головой о стену» камеры 2. Так за четыре

_____

1. ЦГАДА, V II, № 2825, 1794 г. Ведомости об арестантах Петербургской крепости, листы 3, 4, 5.

2. ЦГАДА, V III, № 2290, 1769 и 1796 гг., назв. дело, фонд Госархива.

[178]

года заточения Петропавловская крепость сгубила молодую жизнь. Мы остановимся подробнее на некоторых из узников, занесенных в список заключенных в крепость.

[179]

Цитируется по изд.: Гернет М.Н. История царской тюрьмы. Том первый. 1762-1825. М., 1960, с. 173-179.