Город Эдзин в записках Марко Поло

Город Эдзин в записках Марко Поло

В «Записках путешественника» Марко Поло город Хара-Хото называется «Этзин». Этот топоним восходит к словосочетанию «черная вода» из тангутского языка. Современный перевод этого топонима на китайский — (Эцзина). Долгое время европейцы подвергали сомнениям достоверность сведений, изложенных в книге Марко Поло. В своей книге путешественник [См. 1 прим. «ИГ»] не упомянул ни Великую китайскую стену, ни гору Тайшань, а ведь они — самое известное в Китае архитектурное сооружение и самая знаменитая гора. Не так давно У Фансы, заведующий восточным отделом Британской библиотеки, написал книгу, в которой поставил под сомнение достоверность записок Марко Поло. Европейцы, говоря о Великой китайской стене, подразумевают стену династии Мин. Но при Марко Поло эта стена еще не была возведена и, следовательно, не могла появиться в его записках. К тому же Марко Поло оценивал Китай с точки зрения европейских канонов красоты: например, рассказывал о дворце Хубилай-хана в городе Шанду 365, однако почему-то не обратил внимание на гору Тайшань — объект поклонения китайского народа. И обнаружение городища Хара-Хото подтвердило подлинность «Записок путешественника» Марко Поло. А благодаря визиту Марко Поло безвестный город Эдзин прославился на весь мир как историко-культурный центр.

Дорога, по которой Марко Поло ехал из Эдзина в Каракорум, при Юань называлась «Наляньдао»; в основе этого топонима лежит монгольское слово «тропинка», Наляньдао — танская дорога из Цзюйяня в столицу уйгурского государства. В «Синь Тан шу: Дили чжи» («Новая история Тан: Географические заметки») сказано: «Переправиться на севере через реку Чжанъехэ, затем идти на северо-запад, миновать ущелье Хэлишань, рядом окажется восточный берег Хуанхэ, идти по извилистой тропе на северо-восток тысячу ли, будет военное поселение Нинкоу, в старину здесь стоял малый пограничный караул Тунчэн. Во второй год под девизом Тяньбао он стал военным поселением, к северо-востоку от него находится озеро Цзюйяньхай. Еще в трехстах ли на север стоит крепость Хуамэньшань, а в тысяче ли на восток оттуда будет шатер князя хуэйгу». 

Хубилай, родоначальник династии Юань, предпринял карательный поход против восставшего Хайду и устранил все очаги сопротивления на северо-западной границе. На месте бывшего Тангутского царства (Западное Ся) он учредил генеральную администрацию округа Эдзин-лу. Хара-Хото — самое крупное юаньское городище в Цзюйяне: вероятно, здесь и находилась эта администрация. Внешняя часть городища была достроена при династии Юань. Значит, во время визита Марко Поло город Хара-Хото находился в пределах внутренних границ будущего юаньского городища.

Хара-Хото в горизонтальном плане представляет собой прямоугольник длиной (с запада на восток) 421 метр и шириной (с севера на юг) 374 метра. Ширина основания городской стены — 21,5 метра, ширина верхней части стены — четыре метра, средняя высота — более десяти метров. С восточной и западной сторон стены, напротив друг друга, прорублены городские ворота. В четырех углах городской стены были построены выступающие наружу башни в виде усеченных конусов. С внешней стороны городская стена усилена двадцатью башнями мамянь (сохранилось девятнадцать) и оснащена парапетами. Городские ворота защищены квадратными барбаканами. Институт культурного наследия и археологии АР Внутренняя Монголия дважды проводил в городище Хара-Хото археологические раскопки, которые дали новые знания об устройстве города Эдзин. 

Хара-Хото отстраивался дважды. Сначала был построен малый город — в форме квадрата со стороной 238 метра, стены которого усилили башнями мамянь, в юго-западном углу возвели конусовидную башню и оборудовали в южной стене ворота, защищенные квадратными барбаканами. Затем малый город расширили, продлив его восточную и северную стены. В своем анализе руководитель раскопок Ли Ию отметил: «Городская стена малого города была сплошь землебитной, в ней можно найти только фрагменты ханьской серой керамики, однако при раскопках внутри города ханьский слой не  был обнаружен. Отсюда следует, что малый город был построен до эпохи Юань, но позднее Хань, если судить по соответствующим историческим документам, вероятнее всего, это руины города Хара-Хото, построенного при Западной Ся. <…> Внешняя стена большого города была достроена при династии Юань, в границах этой стены находился город Эдзин, он имел размеры городища Хара-Хото, которое мы наблюдаем сейчас» 366. Значит, во время своего визита в Эдзин Марко Поло видел только малый город Хара-Хото. 

Первоначально в монгольских степях было распространено манихейство. В пятый год под танским девизом Кайчэн (840 г.) являвшиеся последователями манихейства хуэйгу под натиском северных сяцзясы переселились на запад, в Центральную Азию, принеся туда и свои верования. Чужеземные религии свободно распространялись в Китае, все больше людей уходили в монастыри — и все меньше занимались производством, а потому экономика танского Китая переживала серьезный спад. Это побудило танского императора У-цзуна принять предложение даоса Чжао Гуйчжэня: начать преследовать буддизм и запретить три чужеземные религии — манихейство, несторианство и зороастризм. В истории эта кампания получила название «истребление буддизма в годы Хуйчан». На пятый год под девизом Хуйчан (845 г.) У-цзун издал указ об истреблении буддизма, при этом «трем тысячам монахов дацинь [несторианцы], муху [манихейцы], сянь [зороастрийцы] приказал вернуться к мирской жизни и не портить нравы в Поднебесной» 367. После запрещения несторианства в Китае часть последователей этой религии бежала из Центральных земель на север пустыни Гоби, и после ухода из монгольских степей манихейства религиозная лакуна была немедленно заполнена несторианством 368. Несторианство было распространено в основном среди тюркских племен монгольских степей: например, среди живших в бассейне реки Тола тюрков-хуни и кереитов.

Когда усилилось влияние Чингисхана, жившие на севере Гоби тюркские племена бежали от монголов в Центральные земли. При династии Цзинь из них сформировался корпус «чжунсяо-цзюнь». На четвертый год под девизом Чжэнда (1227 г.) главой корпуса чжунсяо-цзюнь был назначен монах по имени Ваньянь Чэнь: «Корпус чжунсяо состоял из уйгуров, найманов, цянов, хуней, людей, бежавших в Центральные земли из монгольского плена, люд то был непокорный и свирепый, славились как строптивцы. Монах Чэнь управлял ими умело, вставал на привал и трогался в путь, наступал и отступал, соблюдая порядок; проходя через области и поселения, кроме положенного содержания ничего у жителей они больше не брали, на улицах не шумели, в каждом бою корпус чжунсяо первым врубался в ряды противника, обрушивался на врага, подобно буре, и все другие корпуса полагались на него» 369. Этот текст подтверждает, что при династиях Ляо и Цзинь несторианство продолжало быть распространено среди тюрков-хуней, оставшихся в родных краях.

Археологические находки пролили больше света на эту древнюю страницу в истории несторианства. С начала XX века в южных районах Ордоса постоянно находили украшенные резьбой бронзовые распятия. Как правило, такие распятия имеют изображения цветка лотоса, свастики и т. п. символов. Японский исследователь Саэки Ёсиро назвал таким предметы общим понятием «бронзовые распятия со свастикой». Канадский миссионер Дж. Меннис (James M. Mennies) систематизировал более 900 бронзовых распятий, обнаруженных в районе Ордоса, и опубликовал результаты своей работы в специальном, посвященном этим предметам №35 журнала «Цида цзикань» за 1935 г. Более восьми сотен распятий находились в коллекции Никсона, начальника почтового отделения в Бэйпине, который собирал их в Баотоу и в других районах. Ныне эти распятия хранятся в музее Фэн Пиншань при Университете Гонконга*.

Не так давно на северной границе Нинся-Хуэйского АР было обнаружено несторианское захоронение, датированное эпохой Тангутского царства. Среди погребального инвентаря в нем имелись поясные украшения в виде крестов. Эта находка говорит о том, что несторианские распятия, обнаруженные в районе Ордоса, датируются доюаньской эпохой. Общеизвестно, что племя вангу переселилось на юг, в Ордос, после прихода к власти династии Юань. Поэтому мы считаем, что распятия Ордоса на самом деле — наследие тюркского племени хунь и не имеют отношения к племени вангу, которое исповедовало несторианство при династии Юань 370.

Марко Поло отметил, что в городе Эдзин распространено несторианство. Монголы называли эту религию «еликэвэнь», и монгольский царствующий дом, и аристократия исповедовали ее. При раскопках в городище Хара-Хото были обнаружены несторианские документы юаньской эпохи на сирийском языке. Сотрудники Музея Дуньхуана в пещерах на севере Дуньхуана тоже находили несторианские памятники юаньской эпохи, написанные на сирийском.

Подводя итоги, можно сказать, что, начиная с V века, Цзюйянь постепенно стал заметным мультиконфессиональным центром. Начиная с эпохи династии Юань, в Ганьсуйском коридоре долгое время сосуществовали разные вероисповедания Запада и Востока — буддизм, несторианство и ислам. Таким образом, район Ганьсу являлся древним аналогом восточного Иерусалима.

Примечания «ИГ»

1 прим. Следует отметить, что упомянутые воспоминания были записаны не лично Марко Поло, а его сокамерником в Генуе, наименование же записок происходило и вовсе без участия автора. Да и само слово «путешественник» в приложении к Марко Поло является сильным искажением реальности, так как этот венецианец состоял на государственной службе у императора династии Юань Хубилая, был чем-то вроде государственного инспектора, ревизовавшего в ходе своих командировок «налоговую базу» подчиненных императору «царств»-провинций. 

Примечания

* Во время работы в Гонконге в 2003 году автор посетил музей Фэн Пиншань и своими глазами увидел эти экспонаты. — Примеч. автора.

365. Поло, Марко. Книга о разнообразии мира. Москва: ОЛМА Медиа Групп, 2015. 

366. Нэй Мэнгу каогу яньцзюсо. Нэй Мэнгу вэньу каогу гунцзо дэ синь цзиньчжань (Институт археологии АР Внутренняя Монолия. (Новые достижения в археологических работах в АР Внутренняя Монголия) // Вэньу каогу гунцзо шинянь, 1979–1989. Пекин: Вэньу чубаньшэ, С. 57–58. 

367. «Цзю Тан шу: Уцзун бэньцзи» («Старая история Тан: основные записи об императоре Уцзуне»). 

368. Линь Мэйцунь. Хань Тан Сиюй юй Чжунго вэньмин (Китайская цивилизация и Западный край в эпохи Хань и Тан). Пекин: Вэньу чубаньшэ, 1998. С. 406. 

369. «Цзинь ши: Ваньянь Чэнь хэшан чжуань» («История династии Цзинь: жизнеописание монаха Ваньянь Чэня»). 

370. Линь Мэйцунь. Ээрдосы дэ цзинцзяо ицунь (Несторианские памятники Ордоса) // Под ред. Лю Дуна. Чжунго сюэшу. №18–19. Пекин: Шанъу иньшугуань, 2005. 

Цитируется по изд.: Линь Мэйцунь. 15 лекций об археологии Великого шелкового пути. М., 2017, с. 291-296.

Tags
Рубрика