Словакия в середине XIII — XIV веках

Словакия в середине XIII — XIV веках

В XIII веке в словацкой деревне начался переход к денежной ренте, что было закономерным следствием развития в стране товарно-денежных отношений. Переход к денежной ренте повел к дальнейшему ухудшению положения основной массы словацкого крестьянства. Реализация продуктов сельского хозяйства при недостаточной развитости внутреннего рынка и денежного обращения представляла для крестьянина большие трудности. Кроме того, введение денежной ренты не уничтожало других форм эксплуатации — барщины, натуральных податей и всякого рода служб.

Насколько были велики в этот период повинности крестьян, свидетельствует опись крестьянских повинностей королевского поместья Липтова. Здесь сочетались все формы феодальной ренты. Так, 30 хозяйств с. Волен обязаны были ежегодно вносить Зволенскому жупану (через липтовского дворского ишпана) одного вола, трехлетнего борова, двух кур и четыре яйца, л каждое хозяйство в отдельности должно платить ежегодно ко дню св. Юрия 12 новых денариев. Кто не уплатил денег в срок, должен заплатить потом в двойном размере. 40 других хозяйств давали ежегодно к празднику св. Мартина трех боровов, четырех боевых коней (из них одного ишпану), а каждое отдельное хозяйство — один хлеб и одну меру овса. Все подданные должны были кроме этого давать шкуры куниц и других дорогих зверей, а ишпану ежегодно поставлять воз сена. Все крестьяне обязаны были нести всякого рода службы, когда это потребуется, и один день в год работать при граде, доме и огороде. Таким образом, как уже говорилось, эксплуата-

[112]

ция крестьян в связи с переходом на денежную ренту значительно увеличилась, особенно если иметь в виду, что они платили еще и государственные налоги, а с конца XIII века — папскую десятину. К этому следует прибавить внеочередные военные наборы.

В связи с переходом к денежной ренте между крестьянами и феодалами установились новые взаимоотношения, возникло новое право, напоминающее распространенное в Чехии «немецкое право». Стали практиковаться передача земель в залог, аренда земли и т. д. В связи с этим сельская община окончательно разложилась, крестьяне потеряли право пользования общинными угодьями. Так, например, в 1265—1270 годы Бела IV запретил крестьянам поместья Липтова охоту в лесу и рыбную ловлю в реках Ваг, Люпчанка, Ревуца, Тепла и Сестрича.

Вместе с тем в деревне усилилась дифференциация крестьян. Часть крестьян потеряла свою землю, превратясь в заградников, владевших, кроме дома, только огородом, домкаров — у которых не было при доме земельного участка, коморников — владельцев лишь части дома, подлудников — совсем не имевших своего жилья и живших в чужих семьях. Эти обезземеленные крестьяне батрачили на земле феодала, жили случайными заработками, нищенствовали. Наряду с этим в деревне образовался численно незначительный слой зажиточного крестьянства, которое также пользовалось трудом безземельных крестьян.

Положение словацких крестьян, как и чешских, ухудшилось в результате юридического оформления феодального иммунитета. В этом отношении очень показательна иммунитетная грамота, полученная в 1262 году остригомским архиепископом. Ему передавалось право суда над всеми людьми, принадлежащими архиепископству, десятина с королевского налога, десятина с монетного двора, право «мертвой руки» и др. Жители архиепископства все подати платили архиепископу.

В 1298 году феодалы добились на сейме закона об ограничении перехода крестьян от одного господина к другому и их изъятия из сферы юрисдикции комитата т. е. передачи крестьян в полную власть феодала. Это было по существу юридическим оформлением феодального иммунитета.

Положение в словацкой деревне усложнилось также и в результате колонизации, начавшейся во второй половине XIII века и протекавшей таким же образом, как и в Чехии. Феодальная иерархия пополнилась в тот период новой группой эксплуататоров: солтысами и локаторами, которые являлись по сути дела агентурой феодала в деревне, его приказчиками, обеспечивающими регулярное получение денежной ренты. Солтыс взимал с общины в свою пользу 2 гривны серебром. Он получал в свое распоряжение два-четыре крестьянских участка и соответствующую долю в общинных землях, полях, лугах, водах, горах. Ему принадлежало право «мертвой руки» по отношению к небольшим крестьянским участкам в случае отсутствия наследников. Солтыс получал в свое распоряжение мельницу, доходами которой он пользовался, мог держать корчму и получать доход с продажи вина и пива и т. д. Право солтыса было наследственным. Солтыс обладал таким средством воздействия на крестьян, как право суда над ними по проступкам, не требующим серьезного наказания.

Значительное ухудшение материального и правового положения крестьян привело к дальнейшему обострению социальной борьбы в словацкой деревне. Крестьяне продолжали бежать в леса и горы, но таких местностей, где бы они могли укрыться от феодального гнета, становилось все меньше. В начале XIII века в Словакии произошло несколько крестьянских восстаний, число которых к концу XIII века заметно увеличилось. В 1219 году крепостные свинопасы отказывались работать во многих аббатствах

[113]

Словакии. В южной Словакии вспыхнули волнения среди монастырских крестьян. Крупные восстания происходили в Шали-над-Вагом, в Дворах-над-Житовой и в других местах. В 1234 году в ряде мест крепостные отказались нести повинности в пользу монастырей. Все эти восстания кончились поражением крестьян. Для охраны церквей и монастырей посылались большие вооруженные отряды. Бегство крестьян из Липтова и Турца в середине XIII века настолько возросло, что венгерский король Бела IV вынужден был восстановить там старое обычное право.

В конце XIII — начале XIV века некоторые выступления крестьян против венгерских феодалов и католической церкви были использованы отдельными словацкими феодалами в сепаратистских целяхД Феодальная анархия, царившая в Венгрии, создавала для этого благоприятные условия,

Попытку захватить власть в Словакии предпринял в начале XIV века братиславский жупан Матуш Чака. В начале XIV века он подчинил себе всю западную и среднюю Словакию, сделав своей столицей город и замок Тренчин. Мелких словацких феодалов он привлек на свою сторону раздачей земельных владений, крестьян — отменой ненавистной церковной десятины. Словацкие города, терпевшие притеснения от венгерских феодалов, поддержали Матуша Чаку.

Продолжительные войны венгерских феодалов против Матуша Чаки привели к потере захваченных им словацких областей. К концу жизни он сохранил за собой только неприступный замок Тренчин. Неудача Матуша Чаки объяснялась тем, что он был отнюдь не вождем, способным повести за собой массы народа, а типичным для периода феодальной раздробленности магнатом, использовавшим ослабление центральной власти прежде всего для собственного обогащения.

В начале XIV века длительная борьба венгерских королей с феодальной анархией вступила в новую фазу — победа начала склоняться на сторону королевской власти. Укрепление Венгерского феодального государства способствовало консолидации сил феодалов для подавления возросшего сопротивления зависимого крестьянства. (Укрепление феодальной монархии произошло при Карле Роберте (1308—1342 гг.) и его приемнике Людовике (1342—1382 гг.) — королях Анжуйской династии, которые в своей внутренней политике опирались на мелкую и среднюю шляхту и городской патрициат. Карлу Роберту вооруженным путем удалось сломить силу крупнейших венгерских магнатов — Чаковцев и Омоядовцев.

Укрепление феодальной монархии сопровождалось дальнейшим ухудшением положения феодально-зависимого населения. Для середины XIV века была характерна борьба между крупными и мелкими феодалами за рабочую силу, уменьшение которой было вызвано эпидемией чумы в 1347— 1349 годы. Крупные феодалы переманивали крестьян из поместий мелкой шлихты в свои поместья, облегчая им на время феодальные повинности, а нередко угоняли их силой. На сейме 1351 года мелкие и средние феодалы добились принятия нового законодательства, усилившего крепостную зависимость крестьян и предоставившего феодалу еще большие права. Закон 1351 года запрещал свободное передвижение крестьян. Крестьяне были отданы на полный произвол и могли искать защиты только в патримониальных судах, где заседали те же самые феодалы. Следствием закона 1351 года было дальнейшее усиление эксплуатации крестьян. Земанская подать, собираемая на содержание областного управления, повысилась в 5 раз, увеличились военные налоги, был введен новый очень тяжелый налог в размере 1/9 части урожая. Этот «девяток» крестьяне отчисляли в пользу короля. Сохранялись церковная и папская десятины. В конце XIV века были введены новые налоги, связанные с турецкой опасностью. По закону 1397 года с каж-

[114]

Церковь в замке г. Кремнице, XIV – XV вв.

[115]

дых 25 крестьянских участков собирались деньги на снаряжение одного солдата.

Положительным результатом укрепления центральной власти в Венгерском государстве было создание более благоприятных условий для развития горного дела, ремесла и торговли. В стране быстро росли города, среди которых важное место занимали города Словакии. Рост большинства словацких городов был связан с горнорудным делом, особенно с добычей драгоценных металлов и меди. Горное дело приносило венгерскому королю большие доходы, вследствие чего оно усиленно поддерживалось королевской властью. Горнорудные города Кремница, Банска Быстрица, Любетова, Брезно, Банска Штявница, Нова Баня, Пуканец и другие получали всякого рода привилегии. Наряду с добычей драгоценных металлов в XIV веке, значительно увеличилась добыча меди, олова и железа. Большие разработки медных руд были в XIV веке в Банской Быстрице, Любетове, Брезно, а также Гельнице, Смольнике, Спишске Нове Вси.

В развитии словацкого горного дела большую роль сыграли чешские горняки, пришедшие в Словакию в результате соглашения между Карлом Робертом и Яном Люксембургским. Особенно много чешских горняков и монетчиков пришло в Кремницу из Кутной Горы. В 1328 году они образовали в окрестностях Кремницы большое новое поселение, получившее самоуправление и большие привилегии. В XIV веке рудники Кремницы соперничали с Кутной Горой. Кремница затмила своим богатством и славой все города Словакии. В Кремнице, центре золотых рудников, был основан монетный двор, где чеканился полноценный венгерский злотый. В 1327 году Карл Роберт разрешил феодалам заниматься горным делом при условии, что все добытое ими золото и серебро будет за определенное вознаграждение сдаваться в королевскую горную камеру в Кремнице. Кремница, которую называли «словацкой Кутной Горой», играла значительную роль в политической жизни средневековой Словакии.

В словацких городах в XIV веке росло число ремесленников и происходило оформление цехов. Цехи в XIV веке получали письменные уставы — первым из известных нам уставов является устав кошицких кожевников 1307 года. Широкое развитие в словацких городах получили суконное, полотняное, кожевенное и другие ремесла. Источники свидетельствуют, например, что в городе Жилине было много суконщиков, сапожников, ножевщиков, кузнецов, портных, кожевников и ткачей, что в Турчански Мартине жили сапожники, столяры, гончары, кузнецы и портные, в Райце — суконщики, ножевщики, сапожники, кожевники, в том числе ременщики, умеющие вырабатывать цветную кожу. В каждой отрасли ремесла увеличивалось число специальностей. Так, в кожевенном ремесле имелись скорняки, кожевники-дубильщики, сапожники, ременщики, поясники и др. Особенно большие возможности для развития ремесла имелись в горнорудных городах, где получили широкое развитие ремесла, связанные с добычей и обработкой металла.

С ростом ремесла было связано развитие внутренней торговли. В словацких городах XIV века происходили свободные еженедельные торги и годовые торги — ярмарки. В дни торгов устанавливался «полный мир», не разрешалось вносить в город оружие, не имели силу цеховые ограничения, разрешалась свободная торговля купцов, приезжавших из других городов и стран, допускалась полная свобода торговых сделок. Купцы и сельские жители, приезжавшие на ярмарку, освобождались от пошлин, Ярмарки, как правило, длились неделю или две. Крупные города устраивали по две ярмарки в год.

В качестве королевской привилегии право свободного еженедельного

[116]

торга получил в 1372 году город Скалица, устраивавший, кроме того, ежегодно по две ярмарки. В 1399 году Турчански Мартин получил право свободного еженедельного торга. В 1357 году право ярмарки получил город Жилина.

Из феодальных поместий шли на торги и ярмарки вино, пиво, мед, рыба, соль, пшеница, овес и др. Ремесленники и торговцы словацких городов везли на торги различные ремесленные изделия, а также товары, закупленные в других городах и странах. На ярмарку в Турчански Мартин привозили сукно, полотно, кожи, вино. Из Жилины туда привозили соленую рыбу, из Банской Быстрицы — медь, серебряные и золотые изделия.

В 1335 году между Чехией, Польшей и Венгрией были заключены торговые договоры, предоставлявшие купцам большие привилегии. Они содействовали укреплению словацко-чешско-польских экономических связей. B интересах торговли была создана новая дорога Кошице — Вроцлав — Прага. Большую торговлю с Чехией вели города Братислава и Трнава. Трнава имела привилегию складочного места для чешских товаров, которые развозились трнавскими купцами по всей стране. В Братиславе чешские короли закупали продовольствие и другие товары, необходимые для войска. Из Братиславы и Остригома в Моравию ввозились вино и фрукты. Из Моравии везли в Словакию оружие и моравское вино. Словацкие купцы были посредниками в торговле Польши и Силезии с Трансильванией. Торговлю с Русью и Польшей вели словацкие города Бардейов, Кошице, Прешов, Левоча и Спишские горнорудные города. Людовик Венгерский предоставил Кошице и Левоче право склада иностранных товаров. Словакия вывозила на Русь мед, вино, скот, серебро и золото, до XIV века в слитках, с XIV века в виде монет. С Вроцлавом и Краковом вели торговлю Смольник и Банска Быстрица, откуда вывозилась медь. Из Тешина купцы привозили тонкое сукно, железо и разные металлические изделия.

Через Чехию, Австрию и Германию привозили в Словакию тонкие фландрские сукна. С Востока шли дорогие ткани, пряности, предметы роскоши.

Развитию внешней торговли в XIV веке способствовала чеканка полновесной золотой и серебряной монеты. Венгерский злотый в то время имел хождение в Чехии, Польше и даже во Фландрии. Карл Роберт и Людовик поощряли торговлю словацких городов с чешскими землями, с Польшей и Русью.

Социальные отношения в словацком городе в XIV веке усложнялись вследствие немецкой колонизации. Начиная с конца XII века из разных областей Германии в словацкие города переселилось большое число колонистов. Много саксонцев осело в Спишских горнорудных городах и в Средней Словакии, баварцев в Банской Штявнице и других городах. Немецкие колонисты, пользуясь своими привилегиями, захватывали в словацких городах доходные отрасли производства и торговли. Как и в Чехии, они образовали привилегированный верхушечный слой городского населения — патрициат. В состав патрициата входили крупные купцы, ростовщики, в горнорудных городах — горнозаводчики. Основными источниками дохода патрициата были внешняя торговля, ростовщичество, землевладение и домовладение, в горнорудных городах — эксплуатация горняков. Экономическое положение патрициата давало ему возможность захватить в свои руки политическую власть. Из патрицианских семейств выбирались члены городского совета — коншелы, присяжные, городской судья — рихтарж и др. Патрицианские семьи передавали свои должности по наследству. Привилегии, получаемые городами от короля, являлись прежде всего привилегиями для патрициата. Забрав в свои руки сбор налогов, патрициат использовал налоговые обложения город-

[117]

ского населения для собственного обогащения. Полноправным членом городской общины, согласно городскому праву, считался лишь тот, кто владел имуществом. Патрициат контролировал ремесленное производство в городе, утверждал уставы цехов и следил за выполнением их предписаний.

Следующий по своему социальному положению слой населения словацких городов составляли ремесленники, а в горнорудных городах шахтеры, забойщики. По национальному составу они были в подавляющем большинстве словаками, хотя среди них встречались представители польской, чешской и немецкой национальности. Положение ремесленников было далеко не одинаковым. Мастера использовали цеховые организации и цеховое законодательство для усиления эксплуатации подмастерьев. Это вело к обострению социальной борьбы в цехах.

Третьим слоем городского населения была беднота, состоявшая из различных групп — обедневших ремесленников, подмастерьев, учеников, поденщиков, горнорудных рабочих и всякого рода деклассированного люда. Этот слой пополнялся крестьянами, бежавшими от своих феодалов. Беднота была лишена каких бы то ни было прав, так как не имела имущества.

В конце XIV века в городах, вследствие быстрого развития ремесла, усилились словацкие элементы. Это привело к борьбе словацких ремесленников с немецким патрициатом за право участия в городском управлении. Словацкое бюргерство не раз жаловалось королю на засилье немцев в городском самоуправлении и на неправильное распределение налогового обложения. В некоторых городах против патрициата вспыхивали восстания. Словацких бюргеров в борьбе против немецкого патрициата поддерживала городская беднота. В 1381 году крупное выступление против немецкого патрициата произошло в городе Жилине. Ремесленники выступили против господства немцев в городском совете и против несправедливого налогового обложения словацкого населения. Злоупотребления патрициата были настолько очевидными, что король Людовик дал словацкому населению города Жилины особую привилегию, устанавливающую равное представительство словаков и немцев в городском совете.

Города средневековой Словакии и в XIII—XIV веках не знали полного отделения ремесла от земледелия, причем словацкие города имели более ярко выраженный аграрный характер, чем города Чехии. Многие жители словацких городов, занимавшиеся ремеслом, имели свое земледельческое хозяйство. В Братиславе даже в XV веке ремеслом занимались лишь 20% жителей. В распоряжении города были общинные земли. В общем владении были леса, где горожане имели право охоты, общим был выгон для скота, находившийся под присмотром общинного пастуха. Горожане имели поля с принудительным севооборотом, сады, огороды, гумна, мельницы, занимались хмелеводством, виноградарством и бортничеством. Патрициат захватывал в свои руки лучшие городские земли и жестоко эксплуатировал работавших на них зависимых крестьян.

Во второй половине XIV века окрепли связи Словакии с другими славянскими народами. Еще с XI века в городах Словакии наряду с коренным словацким населением жили чехи, поляки, «русняки» (так называют источники того времени население нынешней Украины), болгары и хорваты; источники XIV века отмечают, что в словацких городах жило «много русского народа». Особенно усилились и окрепли со второй половины XIV века экономические связи Словакии с Чехией и Польшей. В Словакии получили распространение пражский грош и польский злотый.

Словацкие купцы бывали на ежегодных ярмарках в Праге и Вроцлаве, а в городах Словакии постоянно проживало много чехов и поляков. 

[118]

Среди них были богатые семьи, принадлежавшие к патрициату, находившиеся в родстве со знатными словацкими патрицианскими фамилиями, такие, например, как семья Поляка в г. Жилине, и другие выходцы из Польши и Чехии. Несколько городских судей г. Жилины и многие члены городского совета происходили из семьи Поляка. Среди многочисленных выходцев из Чехии были школьные учителя, воспитанники Пражского университета.

Экономические словацко-чешские и словацко-польские связи в свою очередь способствовали культурному сближению Словакии с Чехией и Польшей. В Пражском университете, ставшем центром науки в Средней Европе, училось много студентов из Венгрии, среди которых были словаки из Бардейова, Остригома, Жилины, Кошице, Трнавы, Зволена, Райца. Некоторые из них получили докторскую степень и преподавали в университете. Много студентов словаков было также в Краковском университете, некоторые из них стали его профессорами. Воспитанники университетов часто занимали в Словакии ответственные и доходные должности и принадлежали к господствующему классу. Тесные культурные связи Словакии с Чехией и Польшей содействовали распространению чешского и польского языков в стране, что оказало впоследствии влияние на развитие словацкой письменности и формирование словацкого литературного языка.

[119]

Цитируется по изд.: История Чехословакии в трех томах. Том I. Под ред. Г.Э. Санчука и П.Н. Третьякова. М., 1956, с. 112-119.