Китай в XVII—XVIII вв.: войны

Китай в XVII—XVIII вв.: войны

Внешняя политика цинского двора в XVII—XVIII веках имела агрессивный характер, особенно после завоевания юго-западных провинций Китая и подчинения Тайваня. Новыми территориальными захватами цинский двор стремился отвлечь внимание широких слоев китайского общества от борьбы за свое освобождение.

Одним из первых объектов военной экспансии цинской монархии стала Монголия. Еще в середине XVI века она распалась на три части: южную, северную и западную. В Южной Монголии (на территории нынешней Внутренней Монголии) в то время ведущее место среди монгольских племен принадлежало чахарам, которые еще в 1636 г. были покорены маньчжурами. В Северной Монголии (Халха) к концу XVI — началу XVII века выделились три правителя: Тушэту-хан, Дзасакту-хан и Цэцэн-хан, подчинившие себе остальных князей.

Занятые войной в Китае, маньчжурские правители вначале не проявляли открыто своих агрессивных намерений по отношению к Северной Монголии. Однако уже в 1646 г. под предлогом преследования перешедших ранее под власть маньчжурского императора, а затем бежавших в Халху к Цэцэн-хану сунитов цинские войска вторглись на территорию Северной Монголии. Согласно приказанию из Пекина, маньчжурский главнокомандующий князь Додо должен был захватить главу сунитов Тингиса и, если удастся, Цэцэн-хана. Продвигаясь по Северной Монголии, цинские войска натолкнулись на сопротивление местного населения. В урочище Чжацзибулак халхаские правители Тушэту-хан и Цэцэн-хан попытались дать отпор внешнему врагу, но из-за несогласованных действий потерпели неудачу. Не имея достаточно сил и средств для продолжения похода, маньчжуры вскоре были вынуждены повернуть обратно.

Поход 1646 г. убедил цинский двор в трудности захвата Халхи.

[35]

вооруженным путем, особенно в тот момент, когда его основные силы были брошены на завоевание Китая. Вместе с тем именно война в Китае со всей очевидностью ставила перед ним задачу обеспечения безопасности своего тыла, тем более, что с севера к цинским владениям примыкала недавно завоеванная Южная Монголия. Поэтому с 1646 г. цинский двор начал оказывать серьезное давление на халхаских ханов с целью признания ими своего зависимого положения по отношению к богдыхану. В 1650 г. маньчжурский император потребовал от Дзасакту-хана, Тушэ[1]ту-хана и других правителей Халхи принести клятву о дружбе и союзе с Цинской империей. Убедившись на примере Южной Монголии, что вынужденное согласие на союз с маньчжурами может привести к потере политической самостоятельности, халхаские феодалы в течение ряда лет отказывались выполнить это требование.

Испробовав разные средства дипломатического давления, маньчжурский двор направил халхаским ханам ультиматум: либо принести клятву верности Цинской империи, либо не посылать своих послов в Пекин. Боясь потерять возможность посылки торговых караванов в Китай, которые обычно сопровождали монгольские посольства, четыре правителя восточной части Халхи в январе 1656 г. принесли требуемую клятву. Чтобы еще больше привязать халхаских ханов к своей империи, цинский двор пожаловал звание джасака (правителя) восьми крупнейшим феодалам Северной Монголии, в том числе Тушэту-хану, Цэцэн-хану и Дза[1]сакту-хану. С этого времени каждый из получивших это звание халхаских феодалов регулярно представлял ко двору маньчжурского императора ежегодную дань из «девяти белых» (одного белого верблюда и восьми белых лошадей), что являлось в глазах цинского двора признанием ими определенной политической зависимости от богдыхана.

Исподволь укрепляя свои позиции в Халхе и поощряя междоусобицы между монголами, маньчжурский двор выжидал удобного случая для окончательного подчинения халхаских ханов и включения их владений в состав Цинскойщмперии.

В Западной Монголии, на обширных степных просторах Джунгарии ночевали различные племена ойратов — сородичей монголов. В начале XVII века в результате объединения четырех основных групп ойратских племен (чоросов, хошотов, торгоутов и дэрбэтов) здесь образовалось могущественное Джунгарское ханство во главе с представителем чоросского дома — Батур-хунтайчжи. По его инициативе в 1640 г. был созван всемонгольский съезд владетельных князей, на котором было принято собрание законов («Цааджин бичиг»), имевших целью прекратить междоусобицы и объединить силы против общего врага — маньчжур. Создание подобного союза было особенно важно в связи с захватом маньчжурами южно-монгольских княжеств.

После смерти Батур-хунтайчжи на джунгарский престол вступил его сын Галдан (1671—1697). Продолжая политику своего отца, он стремился к поддержанию торговых связей со своими соседями, в том числе с цинским Китаем. В 1678 г. Галдан захватил Кашгарию, обязав местное уйгурское население платить ему ежегодную дань. С присоединением Восточного Туркестана, где на ханский престол был возведен сторонник Галдана, положение Джунгарского ханства еще более упрочилось. В результате стремительных рейдов на соседние владения усилилось влияние джунгарского государства в Тибете и особенно в Халхе.

К 1684 г. в Халхе обострилась междоусобная борьба. Стремясь использовать сложившуюся ситуацию в своих интересах, цинский двор под видом посредничества поспешил направить туда своих послов. Галдан также послал в Халху своего представителя, но он был убит Тушэту-

[36]

ханом. Летом 1688 г. Галдон во главе 30-тысячной конницы вторгся в пределы Северной Монголии и поочередно разгромил войска правителей Халхи. Бежав со своими людьми на территорию Южной Монголии, халханские ханы обратились к цин[1]скому двору с просьбой о помощи.

В конце того же 1688 г. Галдан направил в Китай послов для переговоров. Он предложил восстановить старые торговые связи, прерванные маньчжурами, и потребовал выдачи ему Тушэту-хана как одного из главных виновников вооруженного конфликта. Но цинский двор отверг предложения Галдана и выслал против него многочисленную армию. Потерпев поражение в 1690 г., Галдан был вынужден отступить в Кобдо.

В следующем году на съезде кня[1]зей Южной и Северной Монголии в Долонноре, куда прибыла огромная цинская армия во главе с императо[1]ром Сюань Е (девиз правления — Канси) было объявлено о включении халхаских княжеств в состав Цинской империи. Сохранив за монгольскими ханами их прежние титулы, цинский двор отменил старые монгольские звания. Вместо них для высшей монгольской феодальной знати были введены маньчжуро-китайские княжеские титулы (цинь-ван, цзюнь-ван, бэйлэ, бэйцзы, гун). В зависимости от степени знатности каждому князю согласно указу 1691 г. полагалось определенное число аратских семей — крепостных (хамджилга), а по указу 1733 г. и определенное жалование от цинского правительства. Территория Халхи была разделена на хошуны (знамена) подобно тому, как это было ранее сделано в Южной Монголии. После окончательного разгрома маньчжурами Галдана в 1697 г. число хошунов в Халхе увеличилось с 30 до 55, что еще более усилило ее раздробленность. К 1725 г. в Халхе насчитывалось 74 хошуна, а в последующие годы их число достигло 82.

Подчинив монгольских князей своему контролю и всячески поощряя деятельность ламаистского духовенства, цинский двор стал жестоко эксплуатировать широкие массы аратского населения, обременяя его новыми поборами и тяжелыми повинностями. О размерах этих поборов можно судить, например, по тому факту, что лишь в 1753 г. халхаские князья передали цинским войскам 5700 коней и 1600 верблюдов.

В целях усиления военно-политического контроля над монголами, проявлявшими стремление к самостоятельности либо к принятию русского подданства, цинский двор в 1762 г. учредил в Урге должность маньчжурского правителя-амбаня, поручив ему наблюдение за ходом политических и торговых дел в этом районе. Кроме маньчжурского амбаня, назначаемого центральным правительством, в Халхе существовала должность монгольского амбаня-соправителя. Номинально во всех делах по управлению краем монгольский амбань должен был давать советы маньчжурскому, однако фактически он лишь исполнял указания последнего.

[37]

Овладев Халхой, маньчжурское правительство сконцентрировало свое внимание на борьбе с джунгарским ханом Галданом. Военные столкновения между ойратскими и цинскими войсками закончились поражением Галдана в начале сентября 1690 г. в местности Улан-Бутун. Затем в военных действиях наступила длительная пауза, затянувшаяся до 1695 г. В этот период цинское правительство интенсивно собирало силы для борьбы с Галданом, в то же время предлагая ему добровольно признать сюзеренитет богдыхана.

Летом 1696 г. цинский император, правивший под девизом Канси, во главе огромной армии вступил на территорию Халхи. В июне близ Чамдо произошло решающее сражение с войсками Галдана, которые потерпели тяжелое поражение.

После смерти Галдана в 1697 г. на западных и северных границах Цинской империи вновь наступило временное затишье. Начиная с 1729 г. цинское командование стало стягивать крупные силы к району Или, надеясь ударом с двух сторон сокрушить Джунгарское ханство, правителем которого был Цэван Рабдан. Однако одна из колонн цинских войск была разбита близ г. Кобдо, и этот план провалился. Контрнаступление, предпринятое ойратами в сторону Халхи, также не дало желаемого перевеса. В 1734 г. Галдан Цэрэн (сын Цэван Рабдана) предложил заключить мир. Не имея достаточных средств на продолжение войны, цинский двор ответил согласием, хотя не сразу принял условия. Переговоры длились вплоть до 1737 г., пока не было достигнуто соглашение о размежевании земель.

После смерти Галдан Цэрэна в 1745 г. в Джунгарии вспыхнула междоусобная война. Победу одержал князь Даваци, которому в 1752 г. при поддержке главы племени хойтов Амурсаны удалось занять ханский престол. Стремясь избавиться от возможного конкурента, Даваци вскоре начал войну против бывшего союзника. В 1754 г. 30-тысячная армия Даваци нанесла сокрушительное поражение Амурсане. Бежав в Китай, он обратился за помощью к богдыхану. Давно ожидая повода для вторжения в район Или, цинский двор спешно направил туда крупные военные силы. Под ударами цинской армии некогда могущественное Джунгарское ханство вновь распалось на отдельные княжества.

Пытаясь избавиться от опеки маньчжурского двора, Амурсана в 1755 г. поднял восстание. Повстанцам удалось разгромить отряд, оставленный маньчжурами в Или. Однако численное превосходство цинских войск, прибывших сюда в начале 1756 г., а также предательство местных феодалов помешали Амурсане закрепить первый успех. После поражения в марте 1756 г. Амурсана вынужден был бежать в казахские степи. Заручившись поддержкой киргизов и казахов, он вновь возглавил патриотическую борьбу против маньчжуров. Но силы борющихся сторон были неравными. Цинские войска превосходили повстанцев не только числом, но и вооружением (в их распоряжении имелись фитильные ружья и легкие пушки). В марте 1757 г. цинские войска под командой Чжао Хуя разгромили повстанцев в районе Урумчи и, преследуя их, вышли к границам казахских кочевий. Амурсана вместе с семьей бежал в Россию, где вскоре умер.

Окончательный захват Джунгарии маньчжурами завершился кровавой расправой над ойратским населением, которое было почти поголовно истреблено. По данным китайского историка середины XIX века Вэй Юаня, в ходе карательных экспедиций погибло 3/10 населения этого края, 4/10 вымерло от эпидемий и 2/10 откочевало в Россию.

Захватив Джунгарию, маньчжуры стали готовиться к завоеванию Восточного Туркестана, где на ханский престол при их поддержке в

[38]

Карта 2.

1755 г. был возведен представитель мусульманского духовенства Бур[1]хан-ад-Дин, выходец из Коканда. В 1757 г. из Или в Кашгар был направлен маньчжурский чиновник для переговоров о дани, которые за[1]кончились безрезультатно. По совету своего брата Хоцзичжаня, бежавшего из Или, где он находился в качестве заложника, Бурхан-ад-Дин решил объявить независимость Восточного Туркестана и стал готовиться к борьбе. Первый отряд восьмизнаменных войск, прибывший в г. Куча, был разгромлен повстанцами в середине 1757 г. Лишь после окончательного подчинения Джунгарии цинский двор смог бросить в Восточный Туркестан крупные силы. В августе 1758 г. цинские войска после двух[1]месячной осады взяли г. Куча. Более тысячи повстанцев и местных жителей были казнены. В ноябре 1758 г. цинская армия подошла к г. Яркенду. Осада продолжалась свыше трех месяцев и окончилась тяжелым поражением цинских войск. Лишь новые подкрепления, а также переход значительной части уйгурских феодалов на сторону завоевателей способствовали стабилизации положения.

В июле 1759 г. цинские войска предприняли новое наступление и, двигаясь двумя колоннами, захватили Кашгар и Яркенд (карта 2). К концу

[39]

1759 г. цинские войска овладели всей Кашгарией. Вследствие предательства феодальных правителей городов — противников усиления ханской: власти — теократическое уйгурское государство в Восточном Туркестане перестало существовать. Его падение в значительной степени было ускорено религиозными распрями между двумя основными сектами мусульманского духовенства — белогорскими и черногорскими ходжами, которые в борьбе за власть нередко пытались опереться на помощь извне. Сосредоточив высшую гражданскую и военную власть Кашгарии в своих руках, цинский двор поставил во главе местной администрации представителей разноплеменной феодальной знати — беков, которые стали послушными исполнителями воли богдыхана.

Земли Восточного Туркестана и Джунгарии, вошедшие в состав, Цинской империи, получили название Синьцзян («Новая граница» или «Новая территория»). Вскоре этот район превратился в место ссылки для тех, кто пытался восставать против феодальной деспотии цинской династии.

Изгнание ойратов из Тибета в 1720 г. еще более укрепило политические позиции цинского правительства в этом районе. Посадив на престол нового далай-ламу — главу ламаистского духовенства, маньчжуры пору[1]чили управление Восточным Тибетом проманьчжурски настроенному Канцзинаю, а управление Западным Тибетом — наследственному аристократу Полонаю.

В 1723 г. цинский двор издал указ о выводе войск из Тибета. Этим воспользовались местные аристократы для борьбы с проманьчжурскими элементами. В 1727 г. в результате заговора, поддержанного населением, был убит Канцзинай. Полагая, что это выступление инспирировано ойратами, маньчжурское правительство направило в Тибет 15-тысячную армию. Однако еще до ее появления повстанцы были разгромлены местными частями под командой Полоная. По прибытии цинской армии в Лхасу в июне 1728 г. Полонай был объявлен полновластным правителем Тибета. Для наблюдения за местной знатью и населением в Лхасе[1]были оставлены два маньчжурских резидента с гарнизоном в тысячу воинов.

После смерти Полоная в 1747 г. правителем Тибета стал его сын. Стремясь избавиться от маньчжурских резидентов, он установил связь с ойратским ханом в надежде получить от него военную помощь. Усмотрев опасность в действиях нового правителя, собиравшего войска под предлогом борьбы с ойратами, цинские представители в ноябре 1750 г. заманили тибетского князя в кумирню и убили его. Это вызвало глубокое возмущение жителей тибетской столицы. Огромная толпа осадила дом резидентов и, невзирая на настойчивые уговоры далай-ламы, расправилась с убийцами. Узнав о волнениях в Тибете, цинское правительство вновь направило туда войска. По требованию цинских уполномоченных, прибывших в Лхасу в начале 1751 г., управление Тибетом было передано четырем калонам-министрам, подчинявшимся далай-ламе. При решении важных дел калоны обязаны были обращаться за советами к маньчжурским резидентам, права которых значительно расширились. Для придания этим советам большей «убедительности» цинский двор увеличил численность маньчжурского гарнизона в Лхасе до 1,5 тысяч человек.

Осуществляя политику постепенного подчинения Тибета, цинское правительство одновременно предпринимало меры по укреплению своих позиций в юго-западных районах, населенных национальными меньшинствами: мяо, яо, тун и др. Племена мяо, населявшие горные районы на стыках провинций Хунань и Гуанси, Гуйчжоу и Юньнань, до начала

[40]

XVIII века имели свои управления (туей), во главе которых стояли наследственные старшины. Эти старшины обязаны были собирать дань со своих соплеменников и платить ее правителям Китая. Система тусы, возникшая еще в период правления монгольской династии Юань, предоставляла племенам мяо известную самостоятельность, в частности в устройстве быта и организации самообороны в случае нападения вражеских войск. Чтобы окончательно подчинить эти племена, цинский двор уже в начале XVIII века предпринял шаги к частичной ликвидации системы тусы в провинциях Хунань и Гуанси. После захвата районов расселения мяо в этих провинциях маньчжуры принудили жителей носить косу, обязали их платить налоги.

В 1726 г. наместник провинций Юньнань и Гуйчжоу Оэртай представил трону доклад, в котором предложил ликвидировать систему тусы в провинции Гуйчжоу, заменив ее обычной цинской администрацией. В течение 1726—1731 гг. юго-западные районы страны, населенные этими племенами, были насильственно включены в состав провинций, управляемых маньчжуро-китайскими властями.

В 1747 г. цинское правительство ввело войска в район Дацзиньчуань, расположенный в верхнем течении р. Дадухэ, в западной части Сычуани. Местные племена туботов оказали упорное сопротивление. Лишь в 1748 г. цинским войскам удалось вынудить их капитулировать.

Захватив огромные территории на западе и укрепив власть в новых районах, цинский двор активизировал действия против южных соседей с целью подчинения их своему влиянию.

В середине 60-х годов XVIII века серьезный военный конфликт вспыхнул в районе бирмано-китайской границы. В 1765 г. бирманский король отправил своего военачальника собрать дань с шанских племен, живших в районе верхнего течения Салуин. Узнав об этом, племянник правителя крупнейшего шанского княжества Кенгтунг бежал в провинцию Юньнань и обратился за помощью к китайцам. Подстрекаемые жалобами китайских купцов на якобы несправедливое отношение к ним бирманской администрации, цинские пограничные власти выслали против бирманцев военный отряд, который, однако, потерпел неудачу. Повторная попытка проникновения на бирманскую территорию также не имела успеха.

В начале 1768 г. 40-тысячная цинская армия двумя колоннами вторглась в пределы Бирмы. Главные силы цинских войск в феврале 1769 г. достигли Сингаунга, расположенного в 48 км от столицы Бирмы Авы. Перерезав коммуникации противника и лишив его провианта, бирманцы вынудили цинские войска отступить с большими потерями. Боясь ответственности за поражение, цинский командующий Минжуй повесился.

В начале 1769 г. цинские войска, насчитывавшие 50—60 тысяч, пытались захватить бирманскую столицу со стороны г. Бамо, но вновь потерпели неудачу. В начале 1770 г. в Каунгтоне был подписан договор, по которому цинская сторона обязывалась вывести войска с территории Бирмы и до отхода на границу расплавить все свои пушки.

Цинский император Хун Ли (девиз правления — Цяньлун), недовольный результатами войны, вскоре запретил торговлю с Бирмой. Однако убытки, причиненные прекращением торговли, оказались настолько велики, что цинские сановники вынуждены были искать пути к улаживанию конфликта. В 1787 г. в Бирму было направлено китайское посольство. Не желая терять традиционные торговые связи, новый бирманский король Бодопая в 1788 г. снарядил в цинский Китай ответное 

посольство. В 1792 г. Пекин посетило новое бирманское посольство, ко-

[41]

Император Цяньлунь

торое преподнесло богдыхану изображение его почетного титула на языке пали. Полагая, что длинный титул является выражением верноподданнических чувств, цинский император вручил бирманским послам инвеституру — печать, рукоять которой была исполнена из чистого золота и имела форму верблюда.

В конце 80-х годов XVIII века цинский двор развернул военные действия против северо-вьетнамского королевства Аннам. Новая военная акция началась в тот момент, когда почти вся территория нынешнего Вьетнама находилась под контролем восставших крестьян-тэйшонов. Формальным предлогом для посылки войск явилась просьба о помощи аннамского короля Ле Тиеу Тхонга, бежавшего в Китай. В ноябре 1788 г. огромная цинская армия под командой Сунь Ши-и, наместника провинций Гуандун и Гуанси, вошла в аннамскую столицу Тханглонг (современный Ханой). Сослав[1]шись на вассальные отношения между Аннамом и Китаем, якобы существовавшие со времен глубокой древности, Сунь Ши-и от имени богды[1]хана вручил королю Ле Тиеу Тхонгу инвеституру. Опасаясь народных волнений, завоеватели возвели вокруг столицы укрепления, однако власть короля-марионетки, опиравшегося на чужие пушки, оказалась непрочной. В январе 1789 г. тэйшоны неожиданно атаковали позиции цинских войск близ столицы и нанесли им сокрушительное поражение. Понимая, что вести длительную войну с маньчжурами нелегко, правитель государства тэйшонов Куанг Чунг (Нгуен Хюэ) обратился к богдыхану с предложением установить добрососедские отношения. В 1789 г. на-

[42]

правленное им в Пекин посольство было благожелательно принято цинской стороной.

После смерти Куанг Чунга в 1792 г. государство тэйшонов пришло в упадок. В июле 1802 г. враг тэйшонов Нгуен Ань незадолго до захвата Тханглонга провозгласил себя королем, приняв имя Зя Лонг. Чтобы заручиться поддержкой цинского двора, новый король отправил в Китай посольство. Пожаловав Зя Лонгу инвеституру в 1803 г., цинский двор одновременно «разрешил» Зя Лонгу именовать свое государство Вьетнамом. Хотя последующие вьетнамские правители (вплоть до 1885 г.) формально продолжали получать от цинского Китая инвеституру, Вьет[1]нам сохранял самостоятельность как во внутренней, так и во внешней политике.

В начале 90-х годов XVIII века произошел острый военный конфликт между Китаем и Непалом из-за Тибета, который в тот момент по-существу уже находился под контролем цинского двора. В 60-х годах XVIII века мелкие княжества Непала были завоеваны воинственными племенами гуркхов, пришедшими сюда из Индии. В 1788 г. они вторглись на территорию Тибета под предлогом увеличения тибетскими властями пошлин с непальских купцов и предъявления претензий по торговле поваренной солью. Одной из главных причин войны был отказ тибетских властей, получавших ранее разменную монету из Непала, пустить в обращение новую серебряную монету (со значительной примесью меди) по предложенному непальцами курсу. Переговоры с гуркхами, захватившими значительную территорию Тибета, закончились тем, что тибетские уполномоченные согласились на ежегодную уплату денежной дани.

В 1791 г. гуркхи вновь вторглись в Тибет под тем предлогом, что им не прислали обещанной дани. Захватив ряд городов в-Западном Тибете (Шигацзе и др.), они разграбили богатейший монастырь в Ташилхунпо. Узнав о новом вторжении непальских войск, цинское правительство направило в Тибет крупную армию под командой Фукананя. Отступив к границе и закрепившись на горных перевалах, отряды гуркхов отчаянно оборонялись. В августе 1792 г. им удалось нанести поражение цинским войскам, пытавшимся форсировать реку Тади по подвесному мосту. Не[1]смотря на это, непальский двор, напуганный появлением вражеских войск вблизи своей столицы, предложил начать переговоры, на что цинское командование охотно согласилось. В сентябре 1792 г. был подписан договор, по которому Непал обязался через каждые пять лет присылать послов с дарами в Пекин в знак признания сюзеренитета Цинской империи.

Война с Непалом завершилась окончательным подчинением Тибета цинскому контролю. На основании правил, разработанных цинскими уполномоченными, маньчжурские резиденты в Лхасе были поставлены в равное положение с далай-ламой и панчэн-ламой. Они же получали право участвовать в назначении и смещении калонов, проверке денежных поступлений и расходов, осмотре границ весной и осенью и т. д. В руках маньчжурских резидентов оказались и внешние связи Тибета, в том числе переписка далай-ламы с соседними странами. В 1792 г. цинское правительство изменило порядок избрания далай-лам, которые прежде выбирались на основе предсказаний высших лам и определений прорицателей. С этой целью цинский двор прислал монастырю Дачжаосы (в Лхасе) золотую вазу в качестве урны для выборов кандидатуры «перевоплощенца» (хубилгана) — преемника далай-ламы. Вместе с тем, чтобы держать местное население в повиновении, в Тибете были значительно увеличены гарнизоны цинских войск.

[43]

В результате военных кампаний Цинская империя намного расширила свои территориальные владения, включив в сферу своего влияния отдельные самостоятельные государства.

[44]

Цитируется по изд.: Новая история Китая. Отв. ред. С.Л. Тихвинский. М., 1972, с. 35-44.

Рубрика